Рассмотрим ситуацию подробно. Организация на ОСНО в 2022 году перечислила поставщику аванс в размере 10–30 тыс. руб. Поставщик товары, работы или услуги не предоставил, первичные документы об исполнении договора не передал, аванс не вернул. В 2025 году организация посчитала, что трехлетний срок исковой давности истек, провела инвентаризацию расчетов, оформила приказ о списании дебиторской задолженности и включила ее во внереализационные расходы при расчете налога на прибыль. Резерв по сомнительным долгам в налоговом учете не создавался. При этом претензии поставщику, иск в суд и другие меры взыскания организация не предпринимала.
В общем случае такую задолженность можно признать безнадежным долгом и включить во внереализационные расходы, если срок исковой давности действительно истек и организация может документально подтвердить сам долг, его размер и дату начала течения срока исковой давности. Само по себе отсутствие претензионной работы и обращений в суд не лишает организацию права списать долг по основанию истечения срока исковой давности. Такой подход подтверждается разъяснениями Минфина и судебной практикой, включая позицию Верховного Суда РФ.
Однако в рассматриваемой ситуации есть важная особенность: задолженность возникла из выданного аванса. Поэтому недостаточно просто взять дату платежного поручения 2022 года, прибавить три года и решить, что в 2025 году долг автоматически стал безнадежным. Сначала выясним, когда поставщик должен был исполнить договор и с какого момента организация получила право требовать передачи товара либо возврата аванса. Именно этот момент часто становится причиной спора с налоговой инспекцией.
Разберем нормы НК РФ. Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ к внереализационным расходам приравниваются убытки в виде сумм безнадежных долгов. Если организация создает резерв по сомнительным долгам, в расходы отдельно включается та часть безнадежного долга, которая не покрыта резервом.
Пункт 2 статьи 266 НК РФ относит к безнадежным, в частности, долги перед налогоплательщиком, по которым истек установленный срок исковой давности. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием признания задолженности безнадежной. Для применения именно этого основания не требуется одновременно получать постановление судебного пристава, ждать ликвидации контрагента или доказывать невозможность взыскания иным способом.
Обратим внимание на формулировку статьи 266 НК РФ: речь идет о долгах перед налогоплательщиком. Норма о безнадежных долгах не ограничена только задолженностью покупателей за уже реализованные товары. Поэтому право требования к поставщику, которому перечислена предоплата, также может стать безнадежным долгом.
В консультационной и судебной практике прямо рассматриваются ситуации, когда покупатель перечислил поставщику предварительную оплату, поставка не состоялась, денежные средства не были возвращены, а после истечения срока исковой давности дебиторская задолженность по авансу списывалась как безнадежная. Минфин в разные годы допускал признание таких сумм во внереализационных расходах при выполнении требований статей 252, 265 и 266 НК РФ.
Следовательно, сам довод «это был аванс, а не задолженность покупателя, поэтому его нельзя списать по налогу на прибыль» не является достаточным основанием для отказа.
Теперь разберем вопрос с резервом. В рассматриваемой ситуации организация резерв по сомнительным долгам для целей налога на прибыль не формировала. Это не препятствует признанию безнадежного долга.
Налоговый резерв по сомнительным долгам является правом налогоплательщика. Если организация его не создает, безнадежная задолженность при выполнении условий статьи 266 НК РФ непосредственно включается во внереализационные расходы на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ.
Более того, посмотрим на специфику выданного аванса. В пункте 1 статьи 266 НК РФ сомнительным долгом для обычной коммерческой организации признается задолженность, возникшая в связи с реализацией самой организацией товаров, выполнением работ или оказанием услуг. Выданный поставщику аванс такой задолженностью не является: организация в данном случае выступает покупателем, а не продавцом. Поэтому дебиторская задолженность по выданному авансу в общем случае не формирует налоговый резерв по сомнительным долгам в том порядке, который применяется, например, к неоплате покупателем отгруженных ему товаров.
Но понятия «сомнительный долг» для формирования резерва и «безнадежный долг» для окончательного списания не являются тождественными. Ограничение пункта 1 статьи 266 НК РФ не означает, что выданный аванс никогда нельзя списать. Когда появляется самостоятельное основание из пункта 2 статьи 266 НК РФ, например истекает срок исковой давности, задолженность может получить статус безнадежной.
Поэтому аргумент налоговой инспекции «резерв не создавали, следовательно, задолженность в расходы включить нельзя», если именно так сформулирована претензия, не соответствует механизму статьи 265 НК РФ.
Теперь выясним причину, которая в подобных спорах имеет гораздо большее значение. Общий срок исковой давности составляет три года, но он не всегда начинает течь в день перечисления аванса.
Статья 196 ГК РФ устанавливает общий трехлетний срок исковой давности. При этом статьей 200 ГК РФ определено, с какого момента начинаем его считать. Если обязательство имеет определенный срок исполнения, течение исковой давности начинается после окончания этого срока. Если срок исполнения не определен либо обязательство должно исполняться по требованию кредитора, применяются другие правила.
Для выданного аванса это принципиально. Посмотрим на пример.
Допустим, 15 марта 2022 года перечислим поставщику аванс. Договор устанавливает: «Поставщик обязан поставить товар в течение 10 рабочих дней после получения предоплаты». В этом случае нарушение права покупателя возникает не 15 марта, когда деньги перечислены, а после окончания предусмотренного договором срока поставки.
Именно от соответствующей даты будем определять начало исковой давности, предварительно проверив правила исчисления сроков, выходные дни и условия конкретного договора.
Пункт 3 статьи 487 ГК РФ устанавливает: если продавец получил предварительную оплату, но не передал товар в установленный срок, покупатель вправе потребовать либо передачи оплаченного товара, либо возврата предварительной оплаты.
Судебная практика также исходит из того, что при наличии конкретного срока поставки необходимо анализировать именно нарушение этого срока. Верховный Суд и арбитражные суды рассматривали ситуации, в которых начало исковой давности по требованиям, связанным с возвратом предоплаты, устанавливалось исходя из условий договора, срока поставки и момента возникновения права покупателя потребовать деньги обратно.
Поэтому не будем автоматически использовать формулу «дата платежа + три года». Сначала откроем договор 2022 года и найдем условие о сроке поставки, выполнения работ или оказания услуг.
Рассмотрим наиболее понятный вариант. В договоре прямо написано, что поставщик должен передать товар, например, не позднее 20 мая 2022 года. Товар не передан.
В такой ситуации уже после нарушения установленного договором срока у покупателя появляется право выбора, предусмотренное статьей 487 ГК РФ: потребовать исполнения в натуре либо возврата предоплаты.
Далее разберем по шагам:
Определим установленную договором дату исполнения обязательства поставщика.
Проверим, действительно ли к этой дате аванс уже был перечислен.
Убедимся, что поставка в счет аванса не производилась полностью или в соответствующей части.
Определим дату нарушения обязательства.
Рассчитаем трехлетний срок исковой давности с учетом статей 196 и 200 ГК РФ.
Проверим, не происходили ли события, которые влияют на течение срока.
Если срок закончился именно в 2025 году, рассмотрим списание задолженности в налоговых расходах за 2025 год.
Например, если срок поставки истек 30 сентября 2022 года и отсутствуют обстоятельства, изменившие течение исковой давности, основание для признания долга безнадежным в связи с истечением срока давности возникает в 2025 году, а не обязательно в годовщину перечисления денег.
Теперь рассмотрим более рискованный случай. Предположим, организация перечислила поставщику деньги в 2022 году, но договор содержит рамочные условия, конкретные поставки должны согласовываться заявками, спецификациями или счетами, а четкого срока исполнения по спорному авансу установить нельзя.
В этом случае позиция «мы заплатили в 2022 году, прошло три календарных года, поэтому в 2025 году срок исковой давности истек» может оказаться ошибочной.
Статья 200 ГК РФ отдельно регулирует обязательства, срок исполнения которых не определен или зависит от востребования. Кроме того, судебная практика по возврату неотработанных авансов учитывает содержание договора, факт его расторжения, предъявление требования о возврате денежных средств и сохранение заинтересованности сторон в исполнении договора. В ряде ситуаций суды приходили к выводу, что само перечисление предоплаты еще не запускает исковую давность по требованию о ее возврате.
Поэтому, если претензий не направляли, договор не расторгали и срок поставки в нем не определен, налоговая инспекция может обоснованно поставить под сомнение сам факт истечения исковой давности в 2025 году.
Именно этот вопрос необходимо выяснить прежде всего. Посмотрим не только на дату платежного поручения, но и на весь комплект договорных условий.
Теперь разберем наиболее важную для автора вопроса часть. Допустим, срок исковой давности определен правильно и действительно истек в 2025 году. Но организация не отправляла должнику претензии, не подавала иск и не начинала исполнительное производство.
Само по себе отсутствие этих действий не отменяет основание, предусмотренное пунктом 2 статьи 266 НК РФ.
Минфин России неоднократно разъяснял, что признание задолженности безнадежной вследствие истечения установленного срока исковой давности производится независимо от предпринятых налогоплательщиком мер принудительного взыскания. Аналогичный подход содержится, в частности, в письме Минфина России от 13.09.2023 № 03-03-06/1/87504 и более ранних разъяснениях ведомства.
Особенно важна позиция Верховного Суда РФ в определении от 19.01.2018 № 305-КГ17-14988. Суд указал, что само по себе непринятие налогоплательщиком мер по взысканию задолженности не означает направленности его действий на получение необоснованной налоговой выгоды.
Следовательно, если инспекция говорит: «Вы не писали претензии, не обращались в суд, поэтому списывать долг нельзя», попросим привести конкретную норму НК РФ, устанавливающую такое условие именно для случая истечения срока исковой давности.
В пункте 2 статьи 266 НК РФ такого условия нет.
Не будем при этом делать обратную ошибку и утверждать, что претензионная работа вообще ничего не значит. Она не является обязательным условием списания по этому основанию, но может иметь большое доказательственное значение. С ее помощью легче подтвердить реальность долга, нарушение обязательства и момент, когда покупатель потребовал возврата денежных средств.
Проанализируем позицию инспекции с другой стороны. Организация добровольно перечисляет контрагенту деньги, годами не требует ни товар, ни возврат аванса, не переписывается с поставщиком, не составляет акт сверки, не предъявляет претензию, а затем уменьшает налоговую прибыль на сумму долга.
Даже если закон не требует обязательного обращения в суд, инспекция может проверить реальность первоначальной хозяйственной операции и ее направленность на получение экономического результата.
В современной судебной практике встречаются споры, в которых полное отсутствие действий кредитора вместе с другими обстоятельствами использовалось налоговым органом как один из аргументов в пользу того, что хозяйственные отношения не имели заявленного экономического содержания. При этом одного только бездействия недостаточно: оценивается совокупность обстоятельств сделки.
Поэтому разделим два вопроса:
Обязана ли организация подавать иск для применения пункта 2 статьи 266 НК РФ? Нет, если задолженность признается безнадежной именно потому, что истек срок исковой давности.
Может ли отсутствие любых попыток выяснить судьбу аванса повысить налоговые риски? Да, особенно если одновременно отсутствует нормальный комплект документов и невозможно определить условия первоначальной сделки.
Именно так будем строить аргументацию при ответе налоговой инспекции.
Теперь перейдем к документам. Автор вопроса указывает, что имеются только договор и платежное поручение, поскольку товар или услуги поставщик не предоставил и, соответственно, документы на поставку отсутствуют.
Здесь необходимо правильно объяснить природу операции. Отсутствие накладной, УПД или акта в ситуации, когда поставщик ничего не поставил и не выполнил, само по себе совершенно логично. Организация списывает не стоимость полученных товаров или услуг, а право требования, возникшее вследствие перечисления поставщику денег.
Поэтому будем подтверждать не несуществующую поставку, а два других факта:
у перечисления денежных средств было реальное договорное основание;
поставщик получил деньги и не предоставил предусмотренное договором встречное исполнение.
Для подтверждения выплаты аванса особенно важны договор и банковские документы. В платежном поручении желательно видеть назначение платежа, из которого можно однозначно связать перечисление средств с конкретным договором, счетом или обязательством.
Но рассмотрим подробнее налоговый риск. ФНС в разъяснениях по безнадежным долгам подчеркивала необходимость документально подтверждать факт и размер задолженности. Есть судебные решения, в которых организации проигрывали спор, потому что представленные документы не позволяли установить, почему возник долг и когда начал течь срок исковой давности. Например, в деле, рассмотренном Арбитражным судом Уральского округа, одних платежных поручений на перечисление аванса оказалось недостаточно: из документов нельзя было определить условия хозяйственных операций и момент возникновения безнадежной задолженности.
В рассматриваемом случае ситуация лучше, потому что кроме платежного поручения имеется договор. Но проверим, насколько он информативен.
Откроем договор и последовательно проверим следующие условия:
Кто является поставщиком и покупателем.
Какой предмет договора согласован сторонами.
Предусмотрена ли предварительная оплата.
Можно ли связать сумму платежного поручения с данным договором.
Установлен ли срок поставки, выполнения работ или оказания услуг.
Зависит ли срок исполнения от отдельной заявки, заказа или спецификации.
Предусмотрен ли возврат аванса при непоставке.
Установлен ли обязательный претензионный порядок.
Есть ли условия о сроке действия договора.
Прекращаются ли неисполненные обязательства после окончания срока действия договора или сохраняются до полного исполнения.
Если договор позволяет определить основание перечисления денег и конкретную дату, когда поставщик обязан был исполнить обязательство, позиция организации существенно усиливается.
Если же договор рамочный, а поставка должна производиться только на основании отдельных спецификаций, которых нет, налоговая может задать логичный вопрос: в отношении какого именно обязательства возникла просрочка и с какого дня следует отсчитывать три года?
Даже если в архиве нет документов поставщика, соберем максимум собственных документов организации. Ничего не будем оформлять задним числом и тем более не будем создавать фиктивные бумаги. Используем реально существовавшие сведения.
Подготовим:
договор с поставщиком;
все дополнительные соглашения к нему;
счет на оплату, если он сохранился;
заказ или спецификацию, если они оформлялись;
платежное поручение с отметкой банка об исполнении;
банковскую выписку, подтверждающую фактическое списание денег;
оборотно-сальдовую ведомость по счету 60.02;
карточку счета 60.02 по этому поставщику;
регистры налогового учета, показывающие возникновение и сохранение задолженности;
деловую переписку с поставщиком, если она велась;
электронные письма, заявки и заказы, относящиеся к спорной оплате;
акты сверки расчетов, если когда-либо подписывались;
акт инвентаризации задолженности;
письменное обоснование списания;
приказ руководителя о списании;
расчет срока исковой давности с указанием конкретной даты его начала и окончания.
Последний документ особенно полезен. Не ограничимся формулировкой «прошло три года». Составим расчет: условие договора, срок поставки, дата нарушения обязательства, правовая норма, дата начала исковой давности, обстоятельства, влияющие или не влияющие на ее течение, дата окончания срока.
В вопросе указано, что организация провела инвентаризацию и оформила приказ о списании. Это правильные действия, но разберем их значение.
Инвентаризация подтверждает, что задолженность числится в учете и не погашена на соответствующую дату. Приказ руководителя оформляет решение о ее списании в бухгалтерском учете.
Однако акт инвентаризации и приказ не заменяют документы, подтверждающие первоначальное возникновение задолженности. Если невозможно доказать, почему контрагент должен организации деньги, наличие записи в бухгалтерской программе само по себе не докажет расход для целей налогообложения.
ФНС в своих разъяснениях прямо обращает внимание на необходимость подтверждать факт возникновения и сумму безнадежного долга. Налоговые органы также ссылаются на судебную позицию о том, что налогоплательщик должен доказать правомерность и размер заявленного убытка.
Поэтому используем инвентаризацию и приказ вместе с договором, банковскими документами и расчетом исковой давности.
Если после анализа договора подтвердим, что срок исковой давности закончился именно в 2025 году, безнадежный долг в общем порядке относится к тому налоговому периоду, в котором возникло основание для признания его безнадежным.
Президиум ВАС РФ в постановлении от 15.06.2010 № 1574/10 указывал, что налогоплательщик не вправе произвольно выбирать период списания задолженности, если период истечения срока исковой давности можно определить. Такой подход также применяется налоговыми органами.
Поэтому разберем на примере.
Пусть по условиям договора поставщик обязан передать товар 18 сентября 2022 года. Он этого не сделал. После анализа гражданско-правовых условий определяем, что срок исковой давности закончился в сентябре 2025 года. Тогда расход в виде безнадежного долга относится к 2025 году.
Не переносим его произвольно на 2026 год только потому, что бухгалтер обнаружил проблему позже.
При обнаружении ошибки в уже закрытом периоде отдельно проанализируем статью 54 НК РФ и правила исправления налоговой базы. Здесь действует судебная практика, допускающая в определенных условиях исправление ошибки в текущем периоде, если ошибка привела к излишней уплате налога, но не будем смешивать этот вопрос с первоначальным определением даты возникновения расхода. Для обычного списания ориентируемся на период, в котором долг получил признаки безнадежного.
Еще одна важная задача — не только найти начало трехлетнего срока, но и проверить события после его начала.
Например, должник мог совершить действия, свидетельствующие о признании задолженности. В зависимости от обстоятельств такое признание влияет на течение исковой давности. Учитываем правила статьи 203 ГК РФ.
Проверим:
не подписывался ли двусторонний акт сверки с признанием долга;
не направлял ли поставщик письмо с обещанием вернуть деньги;
не производил ли поставщик частичный возврат аванса;
не исполнял ли обязательство частично;
не подписывалось ли дополнительное соглашение об изменении срока поставки;
не предоставлялась ли отсрочка исполнения;
не рассматривался ли спор в суде.
Если, например, в 2024 году поставщик письменно признал долг и согласовал новую дату возврата, простой расчет трех лет от первоначальной просрочки может оказаться неправильным.
Поэтому отсутствие претензионной работы в данном случае имеет даже определенное практическое преимущество: меньше вероятность, что срок был изменен последующими соглашениями. Но все равно проверим всю переписку и документы.
Отдельно рассмотрим ситуацию для других читателей. Если организация своевременно обратилась в суд и получила вступившее в силу решение о взыскании долга, дальнейшее списание нельзя автоматически привязывать к первоначальному трехлетнему сроку исковой давности.
После судебного решения требование подлежит исполнению в рамках исполнительного производства. Для признания задолженности безнадежной обычно анализируют другие основания пункта 2 статьи 266 НК РФ, например постановление судебного пристава об окончании исполнительного производства по предусмотренным законом основаниям или ликвидацию должника.
В исходной ситуации суда не было, поэтому нам этот вариант не мешает применять основание в виде истечения исковой давности.
Теперь попробуем понять, почему инспекция говорит, что организация не имела права учесть расход.
Не будем спорить с формулировкой «налоговая не разрешает» в целом. Попросим выделить конкретную причину отказа.
Возможны несколько совершенно разных оснований:
Инспекция считает, что выданный аванс в принципе нельзя признать безнадежным долгом.
Инспекция считает обязательным наличие резерва по сомнительным долгам.
Инспекция считает обязательным обращение в суд или направление претензии.
Инспекция считает, что срок исковой давности в 2025 году еще не закончился.
Инспекция считает недостаточными договор и платежное поручение для подтверждения факта и размера задолженности.
Инспекция сомневается в реальности отношений с поставщиком.
Инспекция считает неправильно определенным налоговый период списания.
Первые три аргумента сами по себе выглядят значительно слабее четвертого и пятого. Самый серьезный риск в описанной ситуации — доказать дату начала срока исковой давности и наличие реальной дебиторской задолженности по конкретному договору.
Предположим, в договоре прямо указаны предмет, сумма аванса и срок поставки. Платежное поручение содержит ссылку на этот договор. Деньги фактически списаны с расчетного счета. Поставки не было. Возврата аванса не было. Срок поставки нарушен в 2022 году, а трехлетний срок исковой давности с учетом всех обстоятельств закончился в 2025 году.
В таком случае сформулируем позицию следующим образом:
Дебиторская задолженность возникла вследствие фактического перечисления поставщику предварительной оплаты по действующему договору.
Факт перечисления подтверждается платежным поручением и банковской выпиской.
Обязанность поставщика и срок ее исполнения установлены договором.
Встречное исполнение отсутствует, аванс не возвращен.
В соответствии со статьями 196 и 200 ГК РФ рассчитан срок исковой давности.
В 2025 году срок истек.
На основании пункта 2 статьи 266 НК РФ задолженность получила статус безнадежного долга.
На основании подпункта 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ сумма включена во внереализационные расходы.
Наличие судебного решения или исполнительного производства для применения основания «истечение срока исковой давности» НК РФ не требует.
Факт отсутствия мер принудительного взыскания сам по себе не исключает признание долга безнадежным, что подтверждается позицией Минфина и Верховного Суда РФ.
Задолженность подтверждена инвентаризацией и списана на основании распоряжения руководителя.
При таком наборе обстоятельств есть основания оспаривать отказ налогового органа, если он основан исключительно на отсутствии претензий, судебного взыскания или налогового резерва.
Теперь изменим один факт. Договор рамочный, конкретный срок поставки отсутствует, заявки и спецификации не сохранились. Организация просто перечислила поставщику 30 000 руб. в 2022 году и больше никаких действий не предпринимала.
Здесь налоговый спор становится существенно сложнее.
Инспекция может сказать: покажите дату, когда обязанность поставщика стала просроченной. Если ее нельзя определить по договору, нельзя автоматически считать срок давности от даты платежа.
Кроме того, возникает вопрос, когда именно денежное требование о возврате аванса стало подлежащим исполнению. Статья 487 ГК РФ связывает право покупателя на возврат предварительной оплаты с неисполнением продавцом обязанности передать товар в установленный срок. Судебная практика также показывает, что условия конкретного договора имеют решающее значение.
Если из имеющихся документов нельзя установить ни срок поставки, ни дату возникновения требования о возврате, считать долг безнадежным в 2025 году рискованно. В таком случае претензия налогового органа может быть обоснована не потому, что организация «не пыталась взыскать долг», а потому, что она не доказала само истечение исковой давности.
Разберем отдельно формулировку автора: «документы не получены от поставщика».
Если речь идет о накладной, акте или УПД на поставку, которой фактически не было, такой документ нам не нужен и существовать не должен.
Не будем создавать фиктивное поступление только ради того, чтобы затем списать долг.
Нам нужны документы, подтверждающие аванс. Для этой операции основное доказательственное значение имеют договор и фактическое перечисление денежных средств. Если сохранился счет поставщика, спецификация, заказ или переписка — обязательно добавим их в комплект.
Платежное поручение особенно ценно, когда назначение платежа выглядит, например, так: «Предоплата по договору поставки № 15 от 10.03.2022». Гораздо хуже, если в назначении стоит только «Оплата по счету», а самого счета уже нет.
Судебная практика показывает, что документы должны позволять установить основание возникновения задолженности и рассчитать исковую давность. Нельзя рассчитывать только на бухгалтерскую запись по дебету счета 60.02.
Отдельно разграничим два учета. Когда автор пишет, что резерв по сомнительным долгам не создавался, необходимо выяснить, идет ли речь о налоговом или бухгалтерском учете.
Для налога на прибыль резерв по статье 266 НК РФ является добровольным инструментом. Кроме того, как мы уже разобрали, обычный выданный аванс не относится к той дебиторской задолженности от реализации, которая включается в налоговый резерв как сомнительный долг.
В бухгалтерском учете правила создания резерва по сомнительным долгам имеют самостоятельное регулирование. Если задолженность соответствовала критериям сомнительной, отсутствие бухгалтерского резерва может означать отдельную учетную ошибку. Но эта бухгалтерская ошибка сама по себе не отменяет право признать безнадежный долг в налоговом учете, если соблюдены требования главы 25 НК РФ.
Поэтому при ответе инспекции не будем смешивать БУ и НУ.
Теперь посмотрим, как такую операцию логично отразить в «1С:Бухгалтерии 8», редакция 3.0. Сначала убедимся, что аванс действительно числится как дебиторская задолженность поставщика по счету 60.02 «Расчеты по авансам выданным».
Перед списанием сформируем оборотно-сальдовую ведомость и карточку счета 60.02 по нужному поставщику, договору и документу расчетов. Нам необходимо увидеть первоначальное перечисление и отсутствие последующего зачета аванса.
Затем используем документ Акт инвентаризации расчетов. В перечень проверяемых счетов включим счет 60, чтобы спорная дебиторская задолженность поставщика попала в результаты инвентаризации. Штатный документ 1С позволяет оформить инвентаризацию расчетов с поставщиками и другими дебиторами.
После оформления результатов инвентаризации и приказа руководителя перейдем к списанию задолженности.
В «1С:Бухгалтерии 8» для корректировки расчетов предусмотрен документ Корректировка долга. У него существует вид операции Списание задолженности. Для дебиторской задолженности, возникшей из перечисленной поставщику предоплаты, выбираем вариант Авансы поставщику. Такой вариант поддерживается механизмом документа «Корректировка долга».
Разберем заполнение:
Перейдем в раздел расчетов с контрагентами и создадим документ Корректировка долга.
Установим вид операции Списание задолженности.
В поле списываемой задолженности выберем Авансы поставщику.
Укажем поставщика.
Заполним задолженность остатками взаиморасчетов.
Проверим договор, документ расчетов и сумму.
На вкладке счета списания укажем счет прочих расходов 91.02.
Выберем статью прочих доходов и расходов, предназначенную для списания дебиторской и кредиторской задолженности.
Проверим признак принятия расхода в налоговом учете, если конкретный релиз программы предусматривает соответствующую настройку статьи.
Проведем документ и проанализируем сформированные движения по бухгалтерскому и налоговому учету.
При отсутствии резерва типовая экономическая проводка по списанию аванса выглядит как Дт 91.02 Кт 60.02.
Не будем механически проводить документ только по причине старой даты долга. До отражения суммы в НУ сначала подтвердим юридическое основание безнадежности.
После списания проверим результат несколькими стандартными средствами 1С.
Сформируем Оборотно-сальдовая ведомость по счету для счета 60.02 и убедимся, что выбранный аванс списан.
Сформируем Карточка счета по счету 60.02 и проверим корреспонденцию с 91.02.
Сформируем анализ счета 91.02 и найдем статью списания задолженности.
Проверим показатели бухгалтерского и налогового учета.
После выполнения Закрытие месяца проверим расчет налога на прибыль.
Проверим заполнение декларации по налогу на прибыль.
Суммы безнадежных долгов отражаются в строке 302 Приложения № 2 к Листу 02 декларации по налогу на прибыль. Эта строка предназначена именно для безнадежных долгов, а при наличии резерва — для части безнадежного долга, не покрытой резервом.
В бухгалтерском учете после списания безнадежной дебиторской задолженности отдельно рассмотрим необходимость наблюдения за ней на забалансовом счете 007 «Списанная в убыток задолженность неплатежеспособных дебиторов».
В материалах 1С для отражения такого контроля используется счет 007 с аналитикой по контрагенту и договору. Это позволяет не терять информацию о задолженности после ее списания с балансового счета.
При этом не будем путать бухгалтерское списание с гражданско-правовым прекращением обязательства. Само списание задолженности с учета не означает, что должник юридически освобождается от обязательства во всех случаях.
Хотя исходный вопрос касается налога на прибыль, при списании аванса обязательно проверим НДС.
Если поставщик не передал авансовый счет-фактуру и организация не принимала НДС с перечисленного аванса к вычету, вопрос о восстановлении ранее принятого вычета отсутствует.
Если же авансовый счет-фактура был получен и покупатель ранее воспользовался вычетом по пункту 12 статьи 171 НК РФ, при списании задолженности возникает отдельный спорный вопрос о восстановлении НДС.
Налоговые органы традиционно занимают осторожную позицию и требуют восстановления НДС с аванса при списании соответствующей дебиторской задолженности. Такие рекомендации ФНС публиковала и в 2024–2026 годах.
Одновременно существует судебная практика в пользу налогоплательщиков. В частности, Арбитражный суд Уральского округа в постановлении от 12.03.2026 № Ф09-5998/25 пришел к выводу, что само списание безнадежной задолженности не создает предусмотренного пунктом 3 статьи 170 НК РФ основания для восстановления НДС.
Судебная практика по этому вопросу неоднородна: есть решения и в пользу восстановления налога. Поэтому, если НДС с аванса действительно принимался к вычету, проанализируем его отдельно и не будем автоматически переносить решение по налогу на прибыль на НДС.
В описанной автором ситуации сказано, что из документов есть только договор и платежное поручение. Если авансового счета-фактуры от поставщика действительно не было и налог к вычету не принимался, этот спор, вероятнее всего, вообще не возникает.
Суммы задолженности в рассматриваемой ситуации небольшие — 10–30 тыс. руб. Это объясняет, почему организация экономически не стала обращаться в суд: судебная и претензионная работа могла потребовать несоразмерных административных затрат.
Для налогового учета размер задолженности не меняет критерии статьи 266 НК РФ. Нет правила, согласно которому задолженность на 20 000 руб. можно списывать без документов, а задолженность на 2 млн руб. нельзя.
Одновременно небольшой размер долга может служить понятным экономическим объяснением отсутствия судебного взыскания. В письменных пояснениях инспекции можно указать, что организация оценивала потенциальные расходы на взыскание и административные затраты как несоразмерные размеру требования.
Но не будем делать этот аргумент главным. Основная позиция гораздо сильнее: НК РФ не ставит признание долга безнадежным вследствие истечения срока исковой давности в зависимость от предварительного обращения кредитора в суд.
Если инспекция уже требует исключить расход, подготовим не эмоциональное возражение, а последовательный комплект доказательств.
Разберем структуру пояснений:
Укажем реквизиты договора и его предмет.
Укажем дату и сумму перечисленной предварительной оплаты.
Приложим платежное поручение и банковскую выписку.
Процитируем условие договора о сроке исполнения поставщиком обязательства.
Укажем, что товар не получен, работы или услуги не приняты, возврат денежных средств отсутствует.
Приведем расчет срока исковой давности по статьям 196 и 200 ГК РФ.
Подтвердим отсутствие событий, изменивших течение срока.
Укажем дату, когда задолженность получила признаки безнадежного долга по пункту 2 статьи 266 НК РФ.
Сошлемся на подпункт 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ как на основание включения суммы во внереализационные расходы.
Приложим акт инвентаризации и приказ руководителя.
Поясним, что резерв по сомнительным долгам в налоговом учете не создавался и его наличие не является условием признания безнадежного долга.
Укажем, что признание задолженности безнадежной по причине истечения срока исковой давности не зависит от принятия мер принудительного взыскания, сославшись на письмо Минфина России от 13.09.2023 № 03-03-06/1/87504 и определение Верховного Суда РФ от 19.01.2018 № 305-КГ17-14988.
Такой комплект будет значительно убедительнее простой ссылки на акт инвентаризации.
Если инспекция делает главным основанием именно отсутствие претензий, сформулируем возражение следующим образом.
Разделим основания признания долга безнадежным. При окончании исполнительного производства действительно необходимо постановление судебного пристава, соответствующее условиям пункта 2 статьи 266 НК РФ. Но организация применяет другое самостоятельное основание — истечение установленного срока исковой давности.
Для этого основания НК РФ не устанавливает предварительную обязанность обратиться в суд.
Минфин прямо указывал, что признание долга безнадежным вследствие истечения исковой давности производится независимо от мер принудительного взыскания. Верховный Суд также не признал непринятие мер взыскания самостоятельным доказательством необоснованной налоговой выгоды.
Поэтому попросим инспекцию оценивать не отсутствие иска само по себе, а наличие предусмотренных НК РФ условий: реальность задолженности, документальное подтверждение суммы и действительное истечение срока исковой давности.
Не будем защищать расход любой ценой. Есть ситуации, в которых позиция инспекции действительно может быть сильнее.
Признаем налоговый риск высоким, если:
в договоре отсутствует срок поставки, а никаких требований поставщику не предъявлялось;
платежное поручение нельзя связать с конкретным договором или поставкой;
не сохранились документы, позволяющие определить предмет сделки;
договор предусматривал оформление заявок или спецификаций, но их нет;
организация просто отсчитала три года от даты платежа без анализа статьи 200 ГК РФ;
поставщик в течение трех лет признавал долг или частично исполнял обязательство, но это не учли в расчете;
поставщик фактически поставлял товары, но организация не может установить, какая часть аванса была зачтена;
из учетных данных невозможно установить историю возникновения задолженности;
инвентаризация и приказ составлены значительно позже, а период списания выбран произвольно;
имеются признаки формальности хозяйственных отношений с контрагентом.
Особенно внимательно отнесемся к первому пункту. Если организация в 2022 году просто перечислила деньги, а договор не устанавливает определенного срока исполнения, в 2025 году может оказаться, что исковая давность в юридическом смысле еще не закончилась. Тогда отсутствие требования к поставщику становится важным не как «отсутствие взыскания», а как обстоятельство, влияющее на определение начала срока.
Теперь сформулируем противоположный сценарий.
Позиция организации выглядит существенно сильнее, если одновременно выполняются следующие условия:
договор реально заключен и сохранился;
договор предусматривает перечисление аванса;
срок поставки или выполнения обязательства определен;
платежное поручение однозначно связано с этим договором;
банковская выписка подтверждает перечисление денег;
поставщик не исполнил обязательство;
аванс не возвращен;
в учете все три года последовательно отражалась соответствующая дебиторская задолженность;
нет документов, прерывавших или изменявших течение исковой давности;
расчет подтверждает окончание трехлетнего срока именно в 2025 году;
проведена инвентаризация;
оформлено письменное обоснование и приказ о списании;
сумма включена во внереализационные расходы 2025 года.
При таком наборе обстоятельств отсутствие претензии и судебного иска само по себе не должно лишать организацию права на расход.
Посмотрим на пример. ООО перечислило поставщику 30 000 руб. 15 июня 2022 года. В договоре указано, что товар должен быть поставлен в течение пяти рабочих дней с момента поступления 100-процентной предоплаты.
Поставщик получил денежные средства, но товар не передал. Других поставок по этому договору не было. Актов сверки с признанием долга стороны впоследствии не подписывали. Дополнительные соглашения о переносе срока поставки отсутствуют.
В этой ситуации не будем считать исковую давность непосредственно с 15 июня. Определим по договору дату, когда закончился пятидневный срок поставки, а затем установим момент начала исковой давности по правилам статьи 200 ГК РФ.
Если после расчета получим, что срок закончился в июне 2025 года, задолженность в размере 30 000 руб. может быть квалифицирована как безнадежный долг по пункту 2 статьи 266 НК РФ.
Если налоговый резерв не создавался, включим сумму в состав внереализационных расходов на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ.
Оформим инвентаризацию, письменное обоснование и приказ руководителя. В 1С спишем дебетовое сальдо счета 60.02 документом Корректировка долга с видом Списание задолженности и вариантом Авансы поставщику на счет 91.02.
Если инспекция исключит расход исключительно по причине того, что организация не обращалась в суд, приведем позицию Минфина и Верховного Суда о том, что меры принудительного взыскания не являются обязательным условием признания долга безнадежным вследствие истечения срока исковой давности.
Теперь посмотрим на другой пример. ООО перечислило поставщику 20 000 руб. 1 августа 2022 года. Есть рамочный договор поставки, но в нем написано, что конкретные наименования, количество и сроки поставки определяются заявками покупателя.
Заявки за 2022 год организация не сохранила. В платежном поручении написано только «Оплата по договору». Поставщику требований о возврате аванса не направляли, договор не расторгали.
В августе 2025 года бухгалтер просто посчитал три года от банковского платежа и списал 20 000 руб. в налоговые расходы.
Здесь инспекция вправе задать вопрос: почему срок исковой давности начал течь именно 1 августа 2022 года?
На дату перечисления денег поставщик мог еще не нарушить никакого обязательства. Если срок поставки зависел от будущей заявки, а заявку нельзя подтвердить, определить дату просрочки затруднительно.
В такой ситуации будем рассматривать спор не как вопрос об обязательности претензионной работы, а как вопрос о недоказанном истечении исковой давности. И это уже существенно более сильный аргумент налогового органа.
Чтобы понять, имело ли ООО право списать конкретный аванс 2022 года в расходы за 2025 год, пройдем последовательный алгоритм.
Найдем договор, по которому перечислен аванс.
Свяжем платежное поручение с конкретным договором.
Подтвердим фактическое перечисление денег банковской выпиской.
Определим предмет обязательства поставщика.
Найдем конкретный срок поставки или выполнения работ.
Определим день нарушения обязательства.
Определим начало исковой давности по статье 200 ГК РФ.
Проверим акты сверки, письма, частичные возвраты и дополнительные соглашения.
Убедимся, что срок не прерывался и не рассчитывается заново.
Определим точную дату окончания трехлетнего срока.
Если она приходится на 2025 год, квалифицируем задолженность как безнадежную по пункту 2 статьи 266 НК РФ.
Проведем инвентаризацию расчетов.
Подготовим письменное обоснование списания.
Издадим приказ руководителя.
При отсутствии налогового резерва включим сумму безнадежного долга во внереализационные расходы на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ.
Отразим списание в 1С по счетам 91.02 и 60.02.
Проверим строку 302 Приложения № 2 к Листу 02 декларации по налогу на прибыль.
Отдельно проверим НДС, если налог с аванса ранее принимался к вычету.
Теперь ответим непосредственно на поставленный вопрос.
Да, у организации могло быть право списать в 2025 году во внереализационные расходы по налогу на прибыль дебиторскую задолженность в виде аванса, перечисленного поставщику в 2022 году, несмотря на то что организация не создавала налоговый резерв по сомнительным долгам и не принимала меры принудительного взыскания.
Истечение установленного срока исковой давности является самостоятельным основанием признания долга безнадежным в соответствии с пунктом 2 статьи 266 НК РФ. Сумма такого долга при отсутствии резерва учитывается как убыток во внереализационных расходах на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ. Признание долга безнадежным по этому основанию не поставлено в зависимость от обязательной подачи иска.
Но подтвердить право на расход можно только после правильного расчета исковой давности. Если организация просто прибавила три года к дате платежного поручения, этого недостаточно. Для аванса сначала определим установленный договором срок исполнения поставщика и момент возникновения права покупателя требовать возврата денежных средств.
Если договор четко устанавливает срок поставки, платежное поручение связано с договором, поставки и возврата не было, а рассчитанный по правилам ГК РФ срок давности действительно закончился в 2025 году, позиция организации выглядит обоснованной. В этом случае отказ инспекции только по причине отсутствия претензий или судебного взыскания можно оспаривать с опорой на разъяснения Минфина и позицию Верховного Суда РФ.
Если же договор не позволяет установить срок поставки, отсутствуют спецификации или заявки, а организация никогда не требовала исполнения либо возврата аванса, сначала выясним, возникло ли вообще к 2025 году основание считать исковую давность истекшей. В такой ситуации претензия налогового органа может оказаться правомерной, но уже по другой причине — не доказан момент возникновения и окончания срока исковой давности.
Наконец, не будем считать отсутствие накладных или актов от поставщика автоматическим препятствием. Если поставки действительно не было, таких документов и не должно быть. Подтвердим саму авансовую операцию договором, платежными и банковскими документами, а отсутствие исполнения — учетными регистрами и другими имеющимися доказательствами.
Таким образом, ключевой вопрос в данном споре звучит не «пытались ли мы взыскать 10–30 тыс. руб.?», а «можем ли мы документально доказать реальность аванса и точную дату, когда по этому требованию истек срок исковой давности?». Если можем — основания для учета безнадежного долга по налогу на прибыль есть. Если не можем определить начало срока по договору, сначала восстановим хронологию обязательства и только после этого будем защищать списание.
Информация носит справочный характер